Кирилл, Святейший Патриарх Московский и всея Руси
Владимир Якунин, председатель Попечительского совета ЦНС и ФАП
Наталья Якунина, председатель попечительского совета Всероссийской программы «Святость материнства»
Елена Мизулина, председатель Комитета по вопросам семьи, женщин и детей Государственной Думы Федерального Собрания РФ
Евгений Юрьев, советник Президента РФ по социальным вопросам
Анатолий Антонов, заведующий кафедрой социологии семьи социологического факультета   МГУ им. М.В. Ломоносова
Светлана Медведева, президент Фонда социально-культурных инициатив
Епископ Орехово-Зуевский Пантелеимон, председатель Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению
Митрополит Иларион
Андрей Коченов, руководитель всероссийской программы «Святость материнства»
Игорь Белобородов, директор Благотворительного фонда защиты семьи, материнства и детства, директор Института демографических исследований.
Nam5

Елена Мизулина, председатель Комитета по вопросам семьи, женщин и детей Государственной Думы Федерального Собрания РФ

Mizulina«Мы готовим закон о праве "ребёнка на жизнь до рождения»

Семья сегодня в руках государства (хотя оно не всег­да это понимает) - это золотая акция. И если государ­ство вложит в неё с умом, то и процветание России, и реализация всех амбициозных проектов произойдут как можно более быстро. Это замечательная золотая акция, но, к сожалению, пока ею ещё не воспользова­лись.

В течение двух лет большой экспертный совет, ко­торый создан благодаря общественности, учёным при нашем комитете, разрабатывает концепцию государственной семейной политики на 2010-2025 годы. Я очень надеюсь, что Государственному совету, кото­рый состоится в конце декабря этого года, нам удастся этот большой, объёмный документ представить.

Но я сегодня уже могу сказать, что самый главный вывод и установка, признание которой мы бы хотели получить, - то, что государство и семья должны стать партнёрами в решении общегосударственных задач. В какой мере государство будет поддерживать семью, именно семью, и создавать условия для того, чтобы семья могла достойно, добросовестно выполнить свои обязанности (обязанности по воспитанию детей, по содержанию и заботе о престарелых членах семьи), в той же мере семья откликнется на любые начина­ния государства и станет одним из самых надежных партнёров. Во всяком случае, многовековая история России доказала, что именно семья была оплотом Рос­сийского государства, семья и Церковь, а не полити­ческие партии.

Но для этого требуется модернизация и изменение подходов ко всей семейной политике. К сожалению, сегодняшнее состояние семейной политики таково, что роль семьи, благополучной семьи... А таких боль­шинство, если рассматривать благополучие не с точки зрения богатства, а с точки зрения ответственности по отношению к детям и к членам семьи. Таких семей большинство. Но, к сожалению, роль таких семей не­дооценивается.

Сегодня семейная политика относится к семье как к сфере частной жизни. И всё, что происходит в се­мье, все проблемы - это якобы проблемы семьи, и от­ветственность несут только родители. Семья с точки зрения современной государственной политики - это лишь бремя, потому что семья - это неблагополучие. Это требует денег, пособий, требует поддержки, мате­риальных вложений. Поэтому вся семейная политика, по существу, за исключением некоторых нюансов, ориентирована на семейное неблагополучие.

К сожалению, ситуация такова, что сегодня даже сиротство, которое во многой степени является искусственным (85 процентов детей-сирот - это дети-сироты при живых родителях), - это тоже следствие нынешней семейной политики, ориентированной ис­ключительно на семейное неблагополучие, на оказа­ние помощи тем, кто оказался в сложной ситуации.

А то, что ежегодно 30 процентов детей рождаются вне брака, в так называемом фактическом браке, что у нас растёт число семей, где мать воспитывает ребён­ка одна, и, по экспертным оценкам, детей, которые сегодня рождены в фактическом браке, где-то от 5 до 8 миллионов из 26 миллионов детей, а детей, которые живут с одним родителем, по экспертным оценкам, от 8 до 15 миллионов, - это что, сфера частной жизни? И государство так же будет взирать на это: это, мол, дело самой семьи, так хотят супруги?

Конечно, такого рода вещи не могут оставлять рав­нодушными тех, кто сегодня пытается изменить эту ситуацию. Семейное неблагополучие сегодня стано­вится выгодным, и об этом нам в комитет пишут се­мьи. Пособия одиноким, малоимущим, приёмным се­мьям. Вы наверняка знаете, что во многих регионах отмечают очень заметную тенденцию роста семей одиноких матерей, потому что это ещё один источник дохода - пусть и небольшое, но пособие. Это возмож­ность получить какие-то путёвки, дополнительные преференции. Хотя на самом деле отец есть, и он где-то рядом, если только не живет совместно с матерью.

Фактически искусственно создаётся ситуация отка­за от регистрации брака. А отказ от регистрации бра­ка - это, по большому счету, безответственное отно­шение и к матери ребёнка, и к ребёнку. Это отказ от вмешательства государства в дела семьи, если вдруг мать, ребёнок или отец окажутся в ситуации наруше­ния их прав.

Бедность сегодня стала пороком, ибо является сегод­ня достаточным основанием для того, чтобы ребёнка изъять из семьи. Когда такое было в России? Сегодня идут массовые обращения в наш комитет относитель­но того, что ребёнка изымают из семьи только потому, что в квартире грязно или дети бедно одеты. Но разве это является главным стержнем семьи? Когда-нибудь была такая ситуация, что в бедной семье растут пло­хие дети? Да скорее, наоборот.

К сожалению, очень во многом эта ситуация се­мейного неблагополучия и поддержания семейного неблагополучия, равнодушие к благополучным семь­ям - не стимулирование того, чтобы наши семьи стре­мились к благополучию, чтобы они могли развернуть крылья и понимать, что ими гордится страна, она ви­дит, знает и любит эти семьи. К сожалению, этому во многом способствует законодательство. Оно очень не­совершенно.

Я спрошу то, что спрашивала во многих аудитори­ях. Здесь наверняка у многих есть дети. А вы знаете, что пятнадцатилетняя девочка может сегодня сделать аборт без согласия родителей и никто у неё такого со­гласия не потребует? Вы об этом знаете. Хорошо, это аудитория подготовленная. А я вам скажу, я проверяла во многих аудиториях: не знают. Родители, у которых такие дети, всплёскивают руками: «Как? Как это воз­можно?» Да так. Просто такая беременная женщина рассматривается не как ребёнок (я не случайно сказала «женщина»), а как женщина. Свобода материнства, согласно закону об основах охраны здоровья.

А где же ребёнок? Разве ребёнок не имеет приори­тет перед всем остальным? Разве оттого, что она бере­менна, она становится взрослой, понимающей, како­вы последствия такого рода беременности и особенно аборта? Конечно, нет. Почему в нашем законодатель­стве сохраняется такая вещь?

Мы готовим пакет законопроектов, связанных с профилактикой аборта и защитой права ребёнка на жизнь до рождения. Тем более что ратифицированная Россией Конвенция о правах ребёнка прямо в преам­буле гласит, что государство обязано охранять жизнь ребёнка до и после его рождения. И мы очень надеем­ся, что благодаря общественности, этому сообществу удастся наш пакет законов провести.

К сожалению, любые законопроекты, позволяющие изменить ситуацию по отношению к семье, встречают очень большое сопротивление, в том числе на уровне правительства. Я не буду здесь лукавить.

Приведу совсем недавний пример, хотя их можно привести много. Право ребёнка на жильё при растор­жении брака. Сегодня ситуация такова, что пять вари­антов законопроектов у нас в комитете, два мы разра­батывали уже с учётом тех возражений, которые были от наших партнёров по законодательной процедуре. Разработали пять законопроектов, альтернативных, позволяющих разрешить ситуацию с правом на жильё ребёнка при расторжении брака его родителей.

Но, к сожалению, тупик. Никакие варианты даже до первого чтения провести не удается. А в чём суть про­блемы? Никто не хочет вникать. Ответ только один: всё урегулировано. Верховный суд сказал, что за ребёнком остается право на жильё в квартире или в доме его ро­дителя, с которым он будет проживать раздельно.

Но, извините, перед каким нравственным выбором ставит законодатель в данном случае семью, того ро­дителя, с которым ребёнок будет проживать? В дан­ном случае законодатель фактически ставит перед безнравственным выбором: или ребёнок с жильём, или ребёнок с матерью или отцом, у которых такого жилья нет.

Между тем Святейший Патриарх Кирилл, выступая в этом году в Одесской юридической академии, про­изнёс замечательные слова. Я думаю, не покривлю ду­шой, если скажу, что Святейший является нравствен­ным авторитетом для подавляющего большинства россиян, причем независимо от того, являются они верующими или нет, к какой традиционной конфес­сии принадлежат. Он сказал замечательные слова, ад­ресованные именно законодателям: «Нравственные принципы никем не писаны. До появления Моисее­вых десяти заповедей они нигде не были сформули­рованы рационально и сохранялись лишь на уровне того, что мы называем совестью. Право возникает для защиты нравственности и как непременное условие выживания человечества. Люди с уважением относят­ся к законам, когда законы соответствуют нравствен­ным принципам, положенным в основу человеческой жизни. Закон призван защитить нравственную идею, оградить её от эрозии и разрушения и воспитывать на основе нравственных принципов общество». К сожалению, наше законодательство такого рода нравственным требования, тем более требованиям нравственности, присущим нашему обществу, не со­ответствует.

Я могу привести небольшой пример, опять же из области разработки законопроектов, с которыми сталкивается почти ежедневно наш комитет. В ноябре 2008 года мы провели круглый стол по репродуктив­ным технологиям и сформулировали ряд предложе­ний не с точки зрения развития здравоохранения и медицины, а с точки зрения прав ребёнка, прав роди­телей, суррогатной матери.

Мы ссылались на зарубежное законодательство, где впервые начали применять на практике, а затем урегулировали в законодательстве эти репродук­тивные технологии, где вы практически не найдёте ситуацию (может быть, за исключением Голландии или Швейцарии), чтобы мужчина или женщина, не родители, не традиционная, классическая супружес­кая пара, могли, при установлении у них бездетнос­ти, воспользоваться репродуктивной технологией или суррогатным материнством. У нас сегодня это сплошь и рядом.

И тогда ещё, в 2008 году, мы сформулировали пред­ложение о том, что нельзя в такой мере сохранять ре­продуктивные технологии. Это может привести к на­рушению прав ребёнка.

Вы знаете, что сегодня уже около 30-40 суррогат­ных отцов, так их назвали журналисты? То есть отцов, которые заказывают себе ребёнка. А вы знаете, что сегодня уже есть отказы генетических родителей от ребёнка, рождённого суррогатной матерью? Потому что, видите ли, сегодня генетические родители могут заказать суррогатное материнство сразу в нескольких ситуациях, получить несколько детей от суррогатных матерей и выбрать более красивого, самого лучшего. А что остальные? Можно было себе представить такой абсурд?

А если бы тогда, в 2008 году, когда наши коллеги, в том числе по Думе, сказали: «Не суйтесь, это не ваше, это здравоохранение...» Но мы не отказались от этой идеи. Мы её лишь приостановили. Если бы тогда, в 2008 году, мы всё-таки довели бы дело до конца и при­няли соответствующий законопроект?..

Но, поверьте, даже сейчас, когда мы имеем уже очень плохой опыт, связанный с проблемами конк­ретных детей, конкретных суррогатных матерей, мы даже сегодня с очень большим трудом будем прово­дить соответствующие поправки.

Я могла бы привести ещё много других примеров, которые свидетельствуют о том, как блокируется зако­нопроектная деятельность, если она касается защиты прав семьи, особенно семьи с детьми. К сожалению, за неимением времени я не буду на этом останавли­ваться.

Я лишь хотела бы обратить внимание на это, поче­му. Зададимся вопросом: а почему такой пренебрежи­тельный подход к семье? Почему благополучная семья игнорируется? Почему даже в таком святом деле, как, например, национальный план улучшения положения детей до 2010 года, утверждённый Правительством Российской Федерации, семьи нет? Как будто можно защитить ребёнка без семьи. Это невозможно.

Откуда такой подход? Я ответственно заявляю (хотя знаю, что навлекаю критику со стороны своих коллег по Государственной Думе), к сожалению, печать боль­шевистской идеологии, которая когда-то проникла в семейное законодательство, полностью сохраняется в современном семейном законодательстве. Обратите внимание, какие приёмы использовали большевики, сознательно разрушая семью как оплот самодержавия, а на самом деле как оплот тысячелет­ней истории России, её биографии. Их было немного. Это приём лишения юридической силы браков, за­ключаемых по религиозному обряду, свобода развода, противопоставление родителей и детей, возможность изъятия ребёнка из семьи и передачи его на воспита­ние в детское учреждение. Всё сохранилось сегодня в семейном законодательстве.

И если мы хотим возродить семью, её укрепить, нам надо сделать прямо наоборот. Комплекс таких законо­дательных предложений нами сформулирован. Вплоть до возможности придания юридической силы бракам, заключаемым по религиозному обряду в современном исполнении. Поверьте, это очень сильные нормы.

Но здесь нужна ваша поддержка. Сегодня фактичес­ки всё, что творится вокруг ребёнка, очень опасная тенденция - это защита ребёнка от родителей. Тогда как на самом деле угроза ребёнку идёт не из семьи. Она идёт извне: из средств массовой информации, ко­торые сегодня бесперебойно распространяют инфор­мацию, на улице, из-различного рода заведений, от вредных привычек, которых сегодня появилась масса, и других угроз.

К сожалению, должна сказать, что забывают и на уровне власти мы зачастую забываем великие сло­ва нашего соотечественника Александра Ивановича Ильина. Я вынуждена ссылаться на такие авторитеты, потому что, к сожалению, когда произносишь вещи, которые доказаны и учёными, и практикой жизни, это мало работает. А вот наши признанные авторитеты, их размышления, рассуждения, действительно, име­ют силу. И я рада, что это работает.

Александр Иванович Ильин замечательно описы­вал, что же происходило в большевистское время с разрушением семьи, и с очень большой горечью конс­татировал, что на самом деле любые призывы к патри­отическому воспитанию молодёжи, к тому, чтобы она была нравственной, бессмысленны, если государство не вкладывает в семью. Мир начинается из детской. Именно отсюда, благодаря своим близким, сначала научению любви, уважению к своим родителям, са­мопожертвованию и самоограничению в игрушках, в занятиях, применительно к своим близким - отцу, матери, бабушке, дедушке, к другим окружающим -отсюда исходит первичный опыт любви, уважения и самопожертвования по отношению к другим людям, вне семьи, к Родине, к Отчизне, к её интересам.

Поэтому Александр Иванович Ильин говорил, что семья, по большому счёту, - это и есть первоосно­ва Родины. И если мы не будем вкладывать в семью, сколько ни создадим спортивных центров, сколько у нас ни будет самых передовых школ, оснащённых, с бассейнами, компьютеризацией, не будет Россия про­цветающей, не будет в ней этого нравственного духа, которому завидует весь мир. Он нам завидует, а мы пытаемся с Европы списывать образцы, где маленькие государства, люди, изучающие многие языки, чтобы взаимодействовать с большим миром. Как они гово­рят: вы большая страна, вас много, вас сотни милли­онов, а нас мало. Поэтому мы такие, мы либеральные, мы открытые, потому что мы хотим общаться, мы рас­ширяем свой круг общения.

Нам-то это зачем? Ведь именно благодаря своим нравственным устоям и крепости семьи Россия более тысячи лет на этом своём протяжении - от океана до океана - громадная, сильная, интересная, необычная, самобытная страна. Мы хотим оставить это нашим по­томкам? Если так, то мы должны вкладывать в семью и откровенно везде об этом говорить. Здравоохране­ние - хорошо, образование - хорошо, оборона - хоро­шо. Но золотая акция, то, что первично, что требует сейчас, а не завтра массированных вложений, не только денежных, а организационных, интеллектуальных, общественных усилий, объединения усилий, - это се­мья, и прежде всего семья с детьми.

Крепкая дружная благополучная семья снижает бремя социальных обязательств государства. Меня удивляет, что государство зачастую этого не понима­ет. Российские громадные семьи, где жило и старшее поколение, и инвалид, и дети жили вместе...

Я очень надеюсь на понимание того, что семья - это не просто частная сфера, это громадный социальный институт, заключающий очень серьёзные мощности для развития государства. В конце концов, как ска­зал святитель Филарет: «Государство - семейство се­мейств». А не политических партий, не «Газпрома» или каких-то других организаций. Семейство семейств. Я надеюсь, что они у нас будут такими.

Согласны ли вы с мнением, что пропаганда потребительства и вседозволенности в СМИ представляет угрозу обществу?

Покровительница
программы

pokrov


Благословение
программы

MK2


Председатель Попечительского
совета программы
Н.В.Якунина
illustr-07




The Best UK Online Casino - in baccarat-gurus.com .